ОГЛАВЛЕНИЕ:
Почта редакции сайта:
sh05memory@yandex.ru

Воспоминания выпускников 1970г.Ковалевой Тани,Григорьевой Любы, Шилак Веры,Вали Солошенко,
Наташи Григорьевой второй,Ганичева Г., стихи Захарова А. и Ганичева Г.

◄Выпуски 1968-69 г.г.◄▲ВВЕРХ▲► Выпуски 1971-79г.г.►

Ш К О Л А № 5



г. Луга, Ленинградская обл.



В О С П О М И Н А Н И Я

(Продолжение. 1970г.)


Выпуск 1970 года


Фото 10а класса

Фото 10б класса
Список учителей и выпускников


Выпуск 1970 года,1а класс. 1960г.

Первый ряд слева направо: (?), (?), Толя Сенин, Гера Морозов, Сережа Пичугин, перед ними Коля Подоксенов, Павлушка Соловьев, Саша Белов, Толик Ерашов, (?), Саша Захаров, Валера Бобрецов, Валера Дурнев.
Второй ряд слева направо: Сережа Соловьев, Нина Ермолаева, Тамара Васильева, Надя Шишкарева, между нами Тамара Михайловна Ерашова, Женя Калачевская, Наташа Болучевская, между ними Александра Николаевна Сызранцева, наша учительница, рядом с ней Люба Макаренко, Валя Морозова, Галя Андронова, Таня Коваль, перед ней Наташа Ершова, Люся Петрова, Таня Яковлева, между ними Мария Ивановна Болучевская.Фото из архива Нади Шишкаревой.
Выпуск 1970 года,3 класс - это 3в класс, маленькая школа на полигоне была....Комментарий Надежды Шишкаревой.
4-й "А" класс. Май 1963 года. Хрущёва Люда, Игнатьев Игорь, Колмаков Вова, Моругин Вова, Давыдов Аркадий, Дементьев Саша, Полетаев Витя, Булыненко Вова, Савин Миша, Леонид Степанов, Кузнецов Саша. Второй ряд: Семенова Надя, Мишина Люба, Бут Вася, Космачевский Саша, Затопаева Надя, Иванова Валя, Васильева Лена, Ефимов Анатолий, Ганичев Гена, Жирнов Саша, Макарова Лена, Скибин Витя, Дмитриев Витя. Третий ряд: Чигарина Надя, Федорова Нина, Михеева Лариса, Лосева Инна, Степановаа Лида, Вера Николаевна Гриненко, какая-то второгодница (так мало ходила в школу, что мы не знали ее имени), Логинова Галя, Чигарина Вера, Ульянова Таня.
Выпуск 1970 года,4а класс.Май 1963г.



Май 1968 года, 8а класс

Май 1968 года, 8б класс

Май 1968 года, 8в класс

Это фотография выпуска 1970 года, они встречались через 40 лет после окончания 8 класса. На фотографии: Вера Шилак, Света Девичева, Таня Лаврешина, Слава Тимофеев, Оля Муратова, Ира Шорникова, Наташа Григорьева 1, Наташа Григорьева 2, Люба Григорьева, Наташа Степанова, Нина Широкова (попала на эту встречу, чтобы встретиться со Светой Девичевой), Саша Кулагин, Гена Федоров.
Комментарий Нины Широковой


Ковалева Таня 10б кл (1970), справа 2014г. 

    Павел Соловьев
    В классе его звали Павлушка, и это имя ему удивительно подходило. Простое открытое лицо и удивительная улыбка. Когда он улыбался, казалось, что не только его лицо преображается, но и мир вокруг становится светлее и ярче.
    Я проучилась с ним всего один год в 8 классе, в 9 класс он не пошел, также, как и его брат Сергей. После окончания 10 класса мы переехали в Питер, в Луге я практически не бывала. Не могу сказать, что в школе мы тесно общались. Помню, ходили вместе в одной компании на какие-то мероприятия типа сбора металлолома. Павлушка и Сергей увлекались фотографией, у них был фотоаппарат, и почти все школьные фотографии, которые у меня сохранились, были сделаны ими, нашими «корреспондентами».
    Общаться (виртуально) мы стали лишь в 2010 году.Он был очень интересный собеседник, говорили мы с ним обо всем: жизни, бытовых проблемах, дачах, внучках (он как раз на даче обустраивал мансарду для любимой внучки), вспоминали школу, одноклассников, учителей. Руки у него были золотые, он принимал участие в сооружении Памятника-стелы на привокзальной площади. Доброжелательный, удивительно светлый человек, в нем была какая-то жизненная мудрость.Про болезнь свою не рассказывал, да и вообще держался очень мужественно. Мечтал собрать нас, выпускников 8-в, не довелось. Хорошие люди почему-то уходят рано, говорят, ТАМ они тоже нужны.
Светлая ему память.

Васильева Наташа и Ермолаева Нина 8в (1968)

Фото девочек из 8 в (кажется, это был субботник). Слева направо Таня Коваль, Наташа Ершова, Люда Петрова, Наташа Васильева, Галя Андронова, Тамара Юркова

Ерашов Толя, Соловьев Паша, Баранов Виталик, Соловьев Сережа, Захаров Саша

Юные фотокорреспонденты: Коля Подоксенов (слева)
и Соловьев Паша (справа). 1967 г.(?)
Они действительно ходили в кружок фотографический.
Комментарий Надежды Шишкаревой

8в (1968г.) Последний звонок.
Первый ряд: Болучевская Наташа, Юркова Тамара, Васильева Лена, Макаренко Люба.
Второй ряд: Ковалева Таня, Морозова Валя, Васильева Наташа

Соловьев Павел. 2008 г. Фотографии из его архива.

Выпускной бал. Девочки 8в.

Ермолаева Нина, Макаренко Люба(?), Болучевская Наташа, Соловьев Паша, Новикова Оля, Шишкарева Надя, Коваль Таня
У меня тоже сохранилось несколько снимков.

8 класс. На переднем плане Баранов Виталик и Коваль Таня, а на заднем плане Яковлева Таня и Ковалева Таня.

9 класс. Урок физики. Валя Морозова и я

Паша и Сергей Соловьевы, Ершова Наташа, Богданова Лариса, Шишкарева Надя. Это весна 1968 года.
    О школе
    Грустно вспоминать про школу спустя 40 с лишним лет после ее окончания. «Иных уж нет, а те далече…». Многое стерлось из памяти, но, с другой стороны, время дает возможность издалека взглянуть на то, что на коротком расстоянии казалось незначительным. И пусть печаль эта будет светла, ведь школа и студенческие годы – это, пожалуй, самая прекрасная и беззаботная пора.
    Из наших учителей чаще всего вспоминаю Елену Александровну Алексееву. Как нам все-таки повезло, что именно она преподавала у нас русский язык и литературу, хотя в те годы счастья своего мы не понимали и не ценили. Думаю, что отчасти благодаря ей сделала я выбор профессии в пользу гуманитарных наук. Внешней красотой Елена Александровна не отличалась, но зато в ней было то, что обычно называют интеллигентностью, а еще шарм, обаяние и духовность. Особенно меня восхищало ее умение выглядеть элегантно в любом наряде. Наверное, в моем школьном чувстве было много от девчоночьего «обожания», но, если говорить о ее профессионализме, то Елена Александровна была, что называется, педагогом от Бога. Может быть, это прозвучит пафосно, но она сформировала наш литературный вкус, воспитала читательский талант, а это, к сожалению, дано не каждому учителю литературы. Как говорится, званых много, но избранных мало, и низкий поклон ей за это. И за нашу грамотность тоже. Почитаешь иные комментарии в Интернете и думаешь: где же, а главное, у кого сей автор учился. Не помню, чтобы Елена Александровна когда-либо поучала или читала нравоучения. Менторства в ней не было. Строгая, порой насмешливая, она любила повторять в минуты, когда была особенно поражена нашими «глубокими» знаниями предмета: «Не высовывайте свои мидасовы уши». И чего уж греха таить, поводов в те времена мы ей давали для этого предостаточно.
    Вспоминается такой случай: «проходили» Чернышевского. Конечно, его роман о «новых людях» не вызывал у нас особого восторга, но программа есть программа, и ученики должны ее освоить. Вызывает Елена Александровна Васю Берегова, тот начинает довольно бойко рассказывать о жизни и деятельности Николая Гавриловича. Елена Александровна одобрительно кивает, и тут Вася доходит до гражданской казни и замолкает. Елена Александровна подбадривает, продолжай, дескать, Вася, мы тебя внимательно слушаем. Вася в замешательстве: а о чем дальше рассказывать, если Чернышевского казнили. Класс просто лежал от восторга, даже Елена Александровна не могла сдержать улыбки.
    Хочется также вспомнить добрым словам Алексея Ивановича Чигиря (преподавателя физкультуры). Наша семья приехала в Лугу из Карелии. Почему-то Алексей Иванович решил, что коли я жила в Карелии, то должна хорошо ходить на лыжах. Конечно, первый же урок физкультуры доказал обратное, но Алексей Иванович все равно позвал меня в лыжную секцию и даже починил крепления на моих лыжах. В секцию я, конечно, не пошла, а может и зря, но лыжи со временем полюбила, и в свободное время, когда с подругой, а когда и одна, выходила на лыжню, тем более что мест для катания на лыжах у нас в Луге в те времена было предостаточно. Спортивных успехов не достигла, но красоту заснеженного леса ни на что не променяю и на лыжах хожу до сих пор.
    Конечно, были в школьной жизни и обиды, и огорчения, и несправедливость. И сказать, что все наши педагоги - Учителя с большой буквы, значило бы покривить душой. Талант учителя – это такая же редкость, как и любой другой талант. И все-таки спасибо всем нашим учителям за то, что они научили нас мыслить, пробудили интерес к знаниям, стремление узнавать новое, а это, на мой взгляд, гораздо важнее, чем эрудиция. Да и как показала жизнь, для выпускников обычной средней школы небольшого провинциального городка мы были не так уж плохо подготовлены. Восполнить же пробелы в образовании, расширить свой кругозор, углубить знания о предмете, который действительно стал интересен, можно было и в студенческие годы. А возможностей в городе Ленинграде с его музеями, театрами и библиотеками было для этого предостаточно.
2013г., дополнения март 2015г.


Ганичев Гена, 10а кл
стих. ДЕТСТВО
БИОГРАФИЯ

Фото на память

Сборная команда Ленинградской области. Сверху, слева направо. Первый ряд: тренер Вологды Кузнецов, Алаев, судья республиканской категории, третья доска Вологды. их первая доска; двое из КОМИ АССР, Москалев из Костромы, КОМИ первая доска, их вторая доска Некучаев, команда Калинина, Марик из Пскова. Второй ряд: судья, Удалов, вторая доска Вологды, Вадим Балакин, наша первая доска, третья д. Калинина, Виктор Шагин, я, Голованов Сергей - наша команда Ленинградской области, Перевязкин, первая д. Архангельска, Трофимов, первая д. Костромы, тренер Карелии, тренер Калининграда. Третий ряд: судья, представитель, команда Пскова: Дикман Аркадий, Игнатьев, Романов, Роханский, третья д. Архангельска Середкин, четвертая д. Вологды Половодин, первая д. Карелии Викулов, двоих не знаю. Четвертый ряд: второй - Ковалев, вторая д. Калининграда, четвертая д. Архангельска Шишмарев, прочих не знаю. Я играл на "третьей" доске, т. е. был третьим по значению в команде.
11 Всероссийская спатакиада школьников по шахматам, 1969г.
Участники районной химической олимпиады 1968-69 учебного года:
первый ряд-Новикова Оля, Косенкова Тамара, Иванова Галя,
второй ряд-Белова Оля, Ганичев Гена, Романихина Ира, Иванова Люба
1969-команда по химии от 5 школы на гор. олимпиаду.
Участники районной физической олимпиады 1968-69 учебного года : Бирюков Сергей 8 Б, Ганичев Геннадий 10 А , Михайлов Сергей, Казетинский Юрий 8 В, Капустин Саша 8 В

1968-гор. олимпиада по физике.
Участники районной физической олимпиады 1968-69 учебного года : Капустин Саша 8 В, Ганичев Геннадий 10 А, ... , Михайлов Сергей, ....

1968-гор. олимпиада по физике.
Фото на память

1968-спортивный лагерь после 8-го класса.
Фото на память

1969-волейбольная сборная 5-ой школы.

"Школа романтическая"

Мои дорогие, мои любимые учителя!
Как приятно вас вспомнить.

Гриненко Вера Николаевна!!Гриненко Вера Николаевна вторая слева в первом ряду. Фото 1968 г. в связи с уходом Б.В.Степанова на пенсию.
Учитель начальных классов.
Вот уж кого с восторгом вспоминаю всю жизнь!
Самое первое впечатление оказалось и самым сильным.
Оставит после уроков и надает задач по математике:
- Пока не решите, не пойдете домой!
Меня такое требование неизменно приводило в восторг.
Прошло лет 50, - а я все еще в восторге.
Так хорошо: преодолевать себя, узнавать новое – и Вера Николаевна первая разбудила во мне эту страсть.
Потом эту страсть помог развить Алексей Иванович Чигирь, наш физрук: спорт – это наука преодолевать себя физически.

Дорогому первому учителю
На первое сентября

Печально осень распростерла крылья.
День все же летний. Я иду в поля,
И тихо шепчет о моей прошедшей жизни
Такая близкая и нежная земля.

Вот мне семь лет, меня отводят в школу.
Я трепещу, кудряшки на ветру.
И Вера Николаевна Гриненко
Ведет нас в математики игру.
И дивной сказкой мне предстали уравненья,
И ждешь, когда же зададут нам сочиненье.

Свершается судьба - и как ее заметить?
Как сердцу отсчитать волненья первый стук?
Годами стали школьные мгновенья,
И жизни таинство похоже на испуг
Пред мощью знания, его извечным зовом,
И преклоняешься пред вечным, юным, новым.

Зови меня, любовь, на новые открытья,
Предстань сиянием обыденного дня,
Ты, Знание, прости мне челобитье,
И окрыли, спаси, согрей меня.

Так собственная жизнь предстанет былью,
написанной каким-то чудаком.
Прости мне, жизнь, извечные усилья
Понять тебя… не стану знатоком
Я тайн твоих, но все же

Я жил, я чувствовал, -
Так говорит прохожий,
Так плачет он
Ушедшей жизни вслед.

Вот сентябрю и школе мой ответ.

День так высок, душа же так раздольна!
Так здравствуй, осень! Я иду в поля,
И дышит горечью и болью
Родная русская земля.
1-9-20


После Веры Николаевны мне бы хотелось вспомнить Людмилу Николаевну Панову.Людмила Николаевна Панова
Речь о старших классах.
Мне нравилось на нее смотреть.
Вот уставлюсь на уроке и смотрю.
Я рассказывал ей про свое увлечение теориями Эйнштейна, я говорил,насколько это было возможно
насколько это было прилично в то советское время в нашей школе.
Не на уроке, а в ее кабинете.
Вот приду и смотрю на нее.
А начнем говорить, появляется уверенность, что она меня понимает.
И эта уверенность кажется мне драгоценной.
Уже придя домой, к умирающему отцу, я постоянно вспоминал эту уверенность, словно бы ища в ней спасение.
Она казалась мне необычайно красивой.
Вот сядет, выставит точеные ножки – и у меня кружится голова.
И так приятно кружится, что не хочется идти домой.
Главное ее достоинство – с ней можно было молча посидеть рядом.
В семье отношения складывались трудно: ни мама, ни папа, ни я не могли преодолеть взаимную чуждость, - а тут можно было просто сидеть и чувствовать, что тебе желают добра.
В начале 10 класса умер отец – и я уже не был уверен, что надо поступать в университет.
А когда в военкомате предложили поступать в Академию, я сдался.
Я и тогда пришел к ней.
Мы опять сидели – и каждый думал о своем.
Она сказала как бы между прочим: - Ты уже решил поступать в военное?
Мне стало стыдно и страшно: я не был уверен, что прав.
Чаще всего вспоминаю именно Людмилу Николаевну. Вот иду - и вдруг чудится, она идет где-то недалеко.
Если обернусь, увижу ее.
Но я не оборачиваюсь.

Теперь - Степанов Борис Васильевич!
Степанов Борис Васильевич

Конечно, я мечтал, чтоб у меня был такой отец.
Я даже написал ему стихи:

Во всем, во всем завидую тебе:
Завидую твоей большой судьбе,
Завидую прекрасной седине.
Во всем, во всем завидую тебе.

Мне нравилось его любить.
Не только потому, что дома – мой вечно пьяный папа!
Я проходил мимо его директорского кабинета со священным трепетом: и умный, и красивый, и не пьет, и авторитет!!
Как у одного человека могло быть сразу столько хороших качеств?
А если он что-то скажет, то будто о тебе заботится.
Но все равно просить было страшно.
Да и все беды казались такими нормальными!
Ну, нет зимнего пальто, так бежишь до школы в свитере!
Подумаешь.
Потом я часто бывал у него дома.
- Нет гречки! – строго вздыхал он. – На месте нашего правительства я бы подал в отставку.
Я в Питере в каком-то маге ее выловил, привез и подарил – и это было единственный раз, когда он меня благодарил.
Меня держал строго. В ноябре 1986-ого я встретил его с женой: мы в Лугу приехали буквально на день, - и он строго меня отчитал, причем не мне, а моей жене:
- Генка с чего-то решил, что станет писателем! Будьте с ним строже!
Мнение моей жены его не очень интересовало. А уж мое и тем более.
Я написал, а потом стал искать это событие в моем дневнике: 3 декабря 1986 года!

Теперь - Чигирь Алексей Иванович.
Чигирь Алексей Иванович на уроке с выпускницами 1968 г.

Мне очень нравится фото 1968 года, где он улыбается.
Я же таким его и помню.
Можете себе представить мое удивление, когда на седьмом десятке я получаю самое уважительное письмо от сына Чигиря!! Да, жизнь не без чудес!
Чигирь в отношении нас взял отеческий тон, что мне было очень приятно: у меня были большие проблемы с моим отцом.
Мне очень нравилось, что он уравновешенный, спокойный, вселяющий уверенность.
Увы, среди моих родственников и ближайших, и далеких таких мужчин не было и нет.
В третьем классе мне удалили грыжу (1963 год)- и я как-то разом открыл спорт.
Благодаря Чигирю.
Ну да, мне нравилось бегать и прыгать, - но теперь я делал это для школы. Алексей Иванович сыграл большую роль в моей социализации: он показал, что спортом можно заниматься и для других, и для себя сразу.
С 4-го по 10-ый класс я не представлял себе дня без тренировки.
Благодаря соревнованиям в Луге меня заметили - и два лета (8 и 9 классы) я провел в спортивных лагерях Областной Детской Спортивной Школы (там тренером был Олег Николаевич Цирков).
Из самых сильных впечатлений вспоминаю, как в 8-ом классе Чигирь повез нас на кросс в Парголово.
Я до сих пор помню, как трудно было бежать по сильно пересеченной местности, да еще в ветреный день поздней осени!
Бежишь, а шиповки бегущего впереди мелькают рядом с твоей головой! Зато какая радость преодолеть свою слабость и добежать до конца!
Я очень хорошо помню Чигиря как раз потому, что в детстве много мечтал о спортивной славе.
Сидишь на уроке - и вдруг чудится, бежишь 800 метров - и тебе хлопает весь стадион!
Сейчас ужасно смешно вспоминать об этом.
Вернулись в школу - и при всех Чигирь меня похвалил.
Странно, но это было утешением. Именно утешением, а не гордостью! И совсем не потому, что я бежал кросс как-то особенно хорошо, но в это время я, как и моя мама, уже знал диагноз моего отца: рак.
И областные соревнования прошли под знаком этой близящейся смерти.
В последние классы спорт стал великим утешением - и я часто общался с Чигирем.
А как он меня послал во Всеволожск со школьной шахматной сборной Луги!
Так вот разом взял, да и поверил в меня.

Учитель пения Дейч Мария Лазаревна.
Дейч Мария Лазаревна

Да как ее забыть!
Я не мог петь при всех: всю жизнь мучает страх толпы, - и она не знала, что со мной и делать.
- Хотите двойку по пению получить? – строжилась она.
А строжится – красивеет.
И так пилила и пилила, пока я не запел.
Спел песню, а она:
- Этого мало. Для хорошей оценки вы должны спеть пять песен!
Я спел все пять.
- Все! Пятерка.
А в старшем классе я пел перед хором нашего класса тогдашний политический шлягер «Ленин – всегда живой».
Она на фото кажется какой-то подрастрепанной и смешливой.
Я-то помню ее строгой.
Ноги в черных чулках, вызывающе торчащие из-под черной юбки.
И глаза – черные, и брови – черные!
Волшебница, одним словом.
Ногти накрашены, а сама как мрачно зыркнет.
Строгая волшебница. Мне нравилось, когда она сердилась на меня: пальчики сразу такие красивые - и вся искрится.
А губы? Тоже накрашены.
Мне, конечно, страшно было к ней приблизиться.
Как гаркнет:
- Вы будете петь, Ганичев!?
А мне и страшно, и приятно сразу.

Вот сидим – и Мария Лазаревна кричит нам:
- Поем:

У дороги чибис,
У дороги чибис,
Он кричит, волнуется, чудак:
- Ну, скажите, чьи вы,
Ну, скажите, чьи вы,
И зачем, зачем
Идете вы сюда?

Мне особенно нравилось, как она нервно дергала ручонкой. Думала, что не запоем?
Мне до сих пор нравится, как она задорно играла пальчиками с острыми коготками.

Вот прошла вся жизнь - и кого я вспоминаю с благодарностью? Моих учителей!
Конечно, будучи писателем, я бы мог рассказать обо всех, но все же это было бы несправедливо: представить всех одинаково.
Я рассказал только о тех, кого любил всю жизнь.
Да и не стоит превращать школьный сайт в демонстрацию своих художественных наклонностей.
Час ночи, 4 февраля 2014 года.

    
        Ганичев Г.Я. 2014г.

"Школа реальная"

  Учительница НАЧАЛЬНЫХ КЛАССОВ Гриненко Вера Николаевна Учитель ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ Чигирь Алексей Иванович Учитель МАТЕМАТИКИ средних и старших классов Артамонова Нина Михайловна
Учитель ФИЗИКИ Людмила Николаевна Панова ДИРЕКТОР Степанов Борис Васильевич Учитель ЛИТЕРАТУРЫ Валентина Александровна Киндюк
Учитель ХИМИИ Мария Ивановна Реховская Преподаватель БОТАНИКИ, зоологии, биологии Иван Федорович Белов Преподаватель НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА Рудакова Екатерина Федоровна
ЗАВУЧ Елена Александровна Алексеева Учитель ИСТОРИИ Нина Степановна Кузнецова Учитель ГЕОГРАФИИ Галина Павловна Зайцева
Спорт в детстве Еда в детстве Люди в детстве
Искусство в детстве Сексуальные фантазии в эпоху детства Насилие в детстве
ШАХМАТЫ Об ИСКУССТВЕ Музыка в детстве
«Школа реальная» – так я решил озаглавить эти заметки: после того, как первый набросок назвал «Школа романтическая».
Я бы не решился на эти печальные откровения, если б не одобрение создателя этого сайта Николая Чигиря, сына Алексея Ивановича, нашего физрука, которому я столь многим обязан.

2014 год
БИОГРАФИЯ
Биография человека – это то, что его потрясает; это то, чему он остается верен всю жизнь. Я родился в городе Луга Ленинградской области в семье медсестры и отца, который сменил много рабочих мест из-за известной российской слабости (эту слабость унаследовал и мой брат Вова). Я на всю жизнь благодарен моим родителям: они видели, как я увлечен учебой в школе, спортом (легкая атлетика и шахматы) – и старались не мешать мне учиться и читать (читать для самообразования было особым занятием всю мою, а в детстве мне особенно повезло: мама, как активный участник художественной самодеятельности, сумела составить обширную библиотеку российской и западной классики). Самым сильным литературным впечатлением детства был роман в стихах Пушкина "Евгений Онегин". Из западной классики потряс Стефан Цвейг: "Письмо незнакомки" и "Нетерпение сердца". Другие самые сильные впечатления моего детства – это математика (моя первая любовь), спорт, и физика. В 8-ом, 9-ом и 10-ом классе я участвовал в городских олимпиадах. По математике выигрывал все три года, в 8-ом выиграл по немецкому языку, в 9-ом выиграл и по физике, и химии. Большой удачей было встретить учительницу начальных классов Гриненко Веру Николаевну, поощрявшей мой интерес к математике, а в старших классах учителя физики Панченко Людмилу Николаевну, с которой установились дружеские отношения. Из спорта с радостью вспоминаю занятия по физкультуре (учитель Чигирь Алексей Иванович) и три лета – в областном детском спортивном лагере (тренер Олег Николаевич Цирков). Так же памятно мое участие в зональном первенстве России по шахматам (январь 1970 года). Моей каждодневной радостью были тренировки: бег по лесу по пересеченной местности. Самым тяжелым впечатлением детства была смерть отца осенью 1969 года (саркома).
В 1970 году я поступил в ЛВИКА (Ленинградская военно-инженерная краснознаменная академия имени Можайского) и проучился там два года. После отбытия полгода в Воркуте я демобилизовался и поступил в университет на механико-математический факультет Ленинградского государственного университета и проучился там два года.
С 1973 года мое любимое занятие - просмотр мировой классики в кинотеатре "Иллюзион". Актрисы Грета Гарбо, Бэтт Дэвис, Вивьен Ли, актеры Лоуренс Оливье, режиссёры Антониони, Феллини, Фассбиндер, Хичкок, Анджей Вайда. Из фильмов всесоюзного проката меня потрясли фильмы Андрея Тарковского, Никиты Михалкова и Андрона Кончаловского.
В 1975 году умирает моя мама (лимфоденит) – и я бросаю математику – и готовлюсь к поступлению на филологический факультет ЛГУ. Туда я поступил в 1977 году и окончил в 1983 году. В это время я работал сторожем в различных предприятиях Ленинграда.
К началу обучения на филфаке ЛГУ относятся и мои первые посещения Эрмитажа. С этого времени посещения музеев становятся нормой. Эти долгие блуждания по Эрмитажу, посещение его лектория по истории мирового искусства (120 лекций в течение трех лет) совершенно изменили меня: я решил по окончании ЛГУ работать гидом, - но в ленинградское отделение Интуриста меня не взяли.
В этот же период родилось двое детей от двух браков: Кристина (1976 год рождения) и Женя (1978 год рождения). В 1986 году я женюсь на Людмиле, хранителе живописи Ново-Иерусалимского музея, и переезжаю в Московскую область. У нас рождается сын Олег. В 2003 году я становлюсь членом Союза писателей Москвы, а в 2004-ом вступаю в Ассоциацию гидов-переводчиков Москвы. Мною издано две книги: «Человек пишущий» и «Иисус из Клазомен». Самые сильные впечатления моей жизни – путешествия. Отмечу самые важные: Золотое кольцо (1975 и другие годы), Киев (1976, 1991), Краков (три раза), Стамбул (1994), Средняя Азия (1986), Италия (шесть раз: 2006 и другие годы. Рим, Флоренция – 4 раза, Венеция – три раза и другие города: Милан, два раза), Франция (Париж: 1991, 2008, 2019), Нью-Йорк (весь февраль 2012), Берлин (три раза), Греция (2007 и 2018). Главный интерес моей жизни – литературное творчество (все произведения – на личном сайте https://gennadiy-ganichev.ru/). Мое увлечение – одно на всю жизнь: познание. Лекции из Государственного исторического музея и других многочисленных источников. Этого требует и моя работа гида, а главное: жить именно так – очень интересно.
июль 2020 год


Наташа Григорьева-II,10б 
    Что для меня 5 школа? Я оттуда ушла в середине 7-го класса в связи с переездом. Поэтому лучше помнятся годы в начальных классах. Сначала нас в 1"б" классе было 41 или 42 ученика. Самое интересное, что там оказались целых 3(три) Григорьевых, причём 2(две) из них были Наталии Николаевны. Чтобы не путаться, нас хотели развести по разным классам, но учли наш протест и появились Наташа I и я, Наташа II. Спасибо за это решение из положения нашей замечательной и любимой Пикалёвой Фаине ИосифовнеПикалева Фаина Иосифовна. Правда, не все справлялись с её отчеством: Витя Миронов звал (называл) её « ФаинаОсипновна». В моей памяти она осталась очень тёплым человеком, очень справедливым. Всегда ходила проведать болеющих учеников, занималась с ними, беседовала с родителями. У меня дочь окончила школу (в другом городе), тоже часто болела, но ни одного учителя дома я не видела. Наверное, они не знали, что можно ещё и так любить своих учеников. Я Фаину Иосифовну последние годы часто встречала,- она помнила нас ВСЕХ! Она помнила наших родителей! Всё, что было с нами в школе и знала о нас всё, что произошло с нами потом!
    В начальных классах я дружила с Ириной Фетисовой; вечно в куклы играли, придумывали всякие игры, спектакли. Их мы показывали родителям, и даже как-то раз в школе. Правда, не помню на какую тему…
    В общем, нормальное школьное детство начальных классов с Новогодними утренниками, школьными линейками.
Старшие классы тоже вспоминаются в лёгкой дымке ностальгии, когда одного учителя сменили новые преподаватели, с новыми предметами, с контрольными, вызывающими мандраж, с рукой очередного преподавателя, зависшей над школьным журналом со словами: «А сейчас к доске пойдёт...» И октябрятские звёздочки, и пионерские галстуки, и дорога в школу вместе с Фаиной Иосифовной, окружённой моими одноклассниками, и лёгкое соперничество в ожидании разрешения понести портфель учительницы, выкладывая взамен все наши нехитрые новости…
Вот это всё и есть для меня школа №5.
Школ может быть много, но первая школа, как и первая любовь – на всю жизнь!

В гостях у Славика Тимофеева: Наташа Григорьева Первая, Таня Лаврешина, Вера Шилак, Наташа Григорьева Вторая

Саша Кондратьев, Таня Лаврешина, Ира Шорникова, Вера Шилак, Ольга Новикова, внизу: Ольга Муратова, Люба Григорьева - это мы собираемся ежегодно летом, очередная встреча на природе.
февраль 2015 года


Валя Солошенко,10б 
    С годами у меня усиливается чувство благодарности к нашим необыкновенным учителям. И особенно сейчас, когда сравниваю наши школьные годы с современной системой образования.
    У моей первой учительницы Фаины Иосифовны, к счастью, учился и мой старший сын Андрюша. Тогда начальная школа была всего три года. Все эти три года я тесно общалась с ней, но уже в роли родителя. Скажу по совести, каждое родительское собрание было серьёзным испытанием для самих родителей. Фаина Иосифовна, говоря о проделках наших детей, никогда не называла фамилий. Она говорила: «Устроили потасовку на перемене, разбили горшочек с цветком, бросались хлебом в столовой…». К концу собрания у всех родителей краснели уши и не только. Помню, как я бежала с собрания домой и с порога кричала сыну: «Ты зачем, Андрюша, дрался на перемене?». А он удивлённо выкатывал на меня глаза: «Мам, это не я, честно!». И продолжалось дома обсуждение всего, что мы услышали на собрании. Так Фаина Иосифовна воспитывала в учениках и их родителях чувство коллективной ответственности. Это был её последний выпуск, и как всегда, очень сильный.     Говорят, что наш класс был у неё самым любимым, это мы только теперь узнали. А тогда она для нас была непререкаемым авторитетом, неземным человеком и в то же время очень доступным и добрым человеком. Мы у неё учились четыре года, а весь пятый класс то и дело Фаина Иосифовна стояла под дверью нашего класса и подслушивала, как мы отвечаем на уроках другим учителям, а на переменах вылавливала нас и журила за то, что мы робеем и теряемся на уроках. Этого не делал ни один наш родитель, а Фаина Иосифовна стояла под дверью и болела за каждого из нас!!!
февраль 2015 года


Вера Шилак,10б 
    В девятом классе нам было дано задание собрать металлолом. Объявили, как обычно, соревнование между классами.
    Где его брать, этот металлолом? Ну, конечно же, в лесу. Дружной толпой выйдя из школы налево по пр. Свободы, направились в сторону АТП. По дороге нашли кучу металлических столбов и вежливо поинтересовались, можно ли «это» взять на лом. Испуганный хозяин бросился прикрывать кучу телом. Теперь там стоит красивый высокий забор. А мы тогда направились дальше.
    За шутками-прибаутками зашли в летние военные лагеря на полигоне, километрах в пяти, не меньше. Там, к нашей великой радости, мы обнаружили огромное количество металлических кроватей. Победа в соревновании была уже почти в наших руках! Легко взявшись за работу, по два человека на кровать, мы потащили их по лесу с гиканьем и хохотом. Минут через 20 марш-броска шутки поубавились, ещё через полчаса все замолчали, слышно было только пыхтение. Странно, но кровати оказались тяжёлыми, а ещё через полчаса они были просто неподъёмными! Слава Богу, к этому времени, еле таща ноги, мы вышли на дорогу. Дорогой её можно было назвать весьма условно, так как это была грунтовка, по которой проходила военная техника на места учений, вся в рытвинах и «гребёнке», но всё же это была дорога.
    Навстречу нам шла колонна машин с солдатами. Молоденькие солдатики, глядя на нас, распаренных, упёртых, тащивших солдатские кровати, чтобы выиграть соц. соревнование по сбору металлолома, не остановили нас (сами ведь совсем недавно были такими же). Наоборот, проникшись нашей «упёртостью», стали нас подбадривать, выкрикивали шуточки всякие из проезжавших машин.
    Путь до школы был тяжёл, на грани подвига. Дотащили-таки мы эти кровати, сдали в лом. До сих пор вспоминаю это как милое озорное бездумное приключение школьных лет.
февраль 2015 года


Григорьева Люба,10а 
    В восьмом классе помню зимние каникулы, когда мы с подружкой Светой Девичевой ждали вечера, чтобы пойти на каток. Городской каток традиционно заливался на стадионе, на футбольном поле. Там была теплая раздевалка. Мы приносили свои коньки, переодевались и выходили на освещённый лёд, украшенный по периметру гирляндами, играла музыка. На катке всегда было многолюдно. Катались и пожилые пары, и ровесники наших родителей, ну а больше всего было школьников. Мы, конечно, ждали встречи со своими сверстниками. Сердечко учащённо билось только от мысли, что можно будет прокатиться за руку пару кругов с мальчиком, перекинуться взглядом, парой фраз. Это был даже ещё не флирт, а просто первые шажочки в отношениях с мальчиками. Душа трепетала при одной только мысли, что сейчас мальчик подъедет и предложит прокатиться за руку. Это были такие светлые, такие чистые чувства, что о них вспоминаешь и сейчас, спустя 50 лет.     А уж по дороге домой мы со Светой всласть ещё и ещё раз вспоминали подробности о том, кто с кем катался, что говорил, как посмотрел. Тогда это было так важно, заполняло всю душу и очень долго там жило.
    Уверена, что эти уроки нежности, трогательности и романтики сформировали наши души и дали правильный посыл для будущих отношений с противоположным полом.     Трогательные и уважительные отношения со сверстниками и учителями были характерной особенностью того времени. В девятом классе мы с ужасом узнали о серьёзном онкологическом заболевании нашей всеми любимой учительницы Пановой Людмилы Николаевны. Она лечилась и продолжала преподавать. Однажды зимой она дала нам небольшое самостоятельное задание, а сама подошла к окну и задумалась. Казалось, что в своих мыслях она улетела куда-то далеко. Мы быстро справились, решили задачи, подняли головы и увидели её, задумчивую, у окна. В классе установилась абсолютная тишина, никто не посмел даже ручку положить на парту, чтобы не прервать её мыслей. Мы тихо сидели за партами, она стояла у окна и смотрела вдаль. Падал тихий пушистый снег, мы молчали. Мы не знали, о чём она думала, но догадывались, а потому боялись ей помешать, боялись нарушить тишину. Даже наши самые шебутные мальчишки буквально замерли. В эти несколько минут мы, весь класс, были единым целым, в эти минуты мы взрослели. Потому что понимали, что в жизни бывают не только веселье и беззаботность, но есть и горе, и беда. Потом она повернулась, посмотрела на нас, слегка улыбнулась своей загадочной улыбкой и продолжила урок…
    Самой стильной, по моему мнению, у нас была учительница по пению Мария Лазаревна. Всегда необычно для нас хорошо и со вкусом одетая, всегда в туфельках на тонком каблучке, даже если в то время мы сидим в классе пения на первом холодном этаже в валенках. Очень милая, симпатичная и приветливая. К музыке она относилась фанатично. Кроме уроков она вела ещё хор учеников и учителей. В школьный хор любили ходить все, даже те, у кого не было ни слуха, ни голоса. Она никого никогда не исключала из хора, хотя было видно, как она страдает, когда не попадают в ноты. Хор учителей был далеко не в каждой школе, а Мария Лазаревна буквально заразила всех учителей любовью к пению и сделала наш хор лучшим. В учительском хоре запевал наш красавец, директор школы Борис Васильевич. Когда они пели, ученики замирали и очень гордились, что у нас такой директор, такой хор, который занимал всегда первые места на разных смотрах, такая Мария Лазаревна!
    Думаю, что мы очень счастливые, потому что нас учили и воспитывали такие замечательные самоотверженные люди, как наша первая учительница Фаина Иосифовна, Борис Васильевич, Мария Лазаревна, Киндюк Валентина Александровна.

Фото в лаборатории, Реховская ведёт лабораторную работу по химии 7-а класса, 1967 год: Игнатьев И., Фёдорова Н., Лосева И., Логинова Г., Макарова Л., Михеева Л.

Коллективное фото 10-а класса, 1970 год: 1 ряд- Григорьева Л., Лаврешина Т., Лосева И., 2 ряд - Михеева Л., Логинова Г., Степанова Л., Игнатьев И., Космачевский А., Федулов А., 3 ряд - Иванова В., Семёнова Н., Кошелев В., Моругин В., Ноздрин Ю., Кузнецова В.

Коллективное фото одних мальчиков 10-а класса, 1970 год: Ефимов А., Ганичев Г., Ойнас С., Кошелев В., Колмаков В., Космачевский А., Панченко В., Моругин В., Пабо Л., Редькин В., Игнатьев И.

Люба Григорьева и Таня Лаврешина

Встреча выпускников 10А класса летом 1995 года. Пошёл дождь,держат плёнку над столом: Кошелев В., Тимофеев В., Игнатьев И., Ноздрин Ю., Скубак В., Панченко В., Колмаков В., Ефимов А., Пабо Л.
февраль 2015 года


Захаров Саша,10б 

Жаль, что в юность нельзя.. «на бис»...


Расскажу о себе негромко...
/вдруг нескромным слыву уже/...
Про ошибки свои - потомкам,
Достижения в судьбы вираже...

Жаль слегка.. – я не стал Эйнштейном,
"Аполлон" вёл к Луне не я..
Боль, порой, заливал портвейном,
И, случалось, - предательств яд...

Как у всех жизнь моя... как будто...
Дети... внуки... свои дела...
Ностальгия вот только утром
фоткой школьною вдруг всплыла...

Фото давнее... В ряд фигуры...
Школа пятая... Все анфас...
Юность чистая без гламура...
Выпускной мой десятый класс...

Лица светлые... Нет сомнений...
Впереди ведь у нас вся жизнь.
Помню всех вас...без исключения
Жаль, что в юность нельзя... «на бис»...
Май 2016 года




Ганичев Гена,10а 
 

Детство


Из стихотворения Льва Лосева:
Сжимается сердце, как мячик,
прощай, гуттаперчевый мальчик.
… Промчались враждебные смерчи,
и нету нигде гуттаперчи.

Ах, не было гуттаперчи!
Игрушки – с ценой недоступной.
Но щи-то, бывало, наперчишь,
А соли на хлеб лучше крупной.

И книжечек мне не читали,
И цены на масло кусались.
И были враждебные смерчи –
От окриков злых и горбатых,
От пьяных задиристых взглядов, -
А их в городке столько рядом.

А по лесу шлялись солдаты,
Дешевые девушки с ними.
И тети ходили в вожатых.

Пусть солнце сияло тревожно,
Я все же любил тренировки,
И нравились мне интегралы,
И этого было мне мало.

А мяса, его не хватало.
Варили свиные ножки,
А вместо пальто был свитер –
И в нем я носился в школу.
И этого было мне мало:
Хотелось
парнишке
пальтишка.

А солнце, оно всё сияло
Роскошно и беззаботно –
И были чудесным подарком
Для нас голубцы по субботам.

И Ларина, и Онегин
Ко мне заходили в гости,
А бабушку схоронили
На тихом привычном погосте.
Хоть бошку тревожили кванты,
Чугун разливался рекою,
Но шлялись по городу франты
И дам дорогих уводили

- И был озадачен парнишка
Картиной такой необычной:
Обуян-то был электроном, -
А жисть-то была неприличной.

И Эйлера, и Эйнштейна
В родители я зафигачил, -
И как быть могло иначе,
Ведь мамы не было дома.
Ведь папы не было дома,
А книжки всегда были дома.

И ночью, так страшно ночью,
Что встанешь иной раз к окошку
И смотришь, и смотришь, и смотришь,
Как месяц, футбольный мячик,
Тепло и тревожно маячит
16-6-20

КОММЕНТ
К стихотворению «Детство»

Это столь важный для меня стих, что пишу к нему коммент. Стих – о моем детстве в 1960-ых годах в городе Луге (географически это центр треугольника Питер – Псков – Новгород). От Питера 135 км.

Вот первые три строфы, которые позже решил выбросить:

Бывало, от жизни до смерти
Всего лишь строка на конверте,
Родня с войны не вернулась,
В полях Европы осталась.

А жизнь не вмещалась в строчки:
Так много литейной стали
Советской гордостью стали...

Мой папа косил от работы,
Напьётся - бурчит устало –
И злится партийная мама,
На папу орет неустанно.

«Гуттаперча».
Есть рассказ Григоровича «Гуттаперчивый мальчик», а была распространена и такая игрушка. Но какая именно, в интернете я не нашел.

Лев Лосев
Лев Влади́мирович Ло́сев (настоящая фамилия Ли́фшиц; 15 июня 1937, Ленинград, СССР - 6 мая 2009, Хановер, США) - русский поэт, литературовед и эссеист, педагог. Пока формировались российские СМИ, Радио Свобода играла большую роль. Лосев к ней примыкал, а вот возглавлял всю нашу американскую диаспору поэт Иосиф Бродский, несомненный авторитет. После его смерти и с возрождением России влияние этой диаспоры сошло на нет. Я привожу весь стих Лосева: Гуттаперча

Как осточертела ирония, б-дь;
ах, снова бы детские книжки читать!
Сжимается сердце, как мячик,
прощай, гуттаперчевый мальчик!
«Каштанка», «Слепой музыкант»,
                 «Филиппок» -
кто их сочинитель - Толстой или Бог?
Податель Добра или Чехов?
Дадим обезьянке орехов!
Пусть крошечной ручкой она их берёт,
кладёт осторожно в свой крошечный рот.
Вдруг станет заглазье горячим,
не выдержим мы и заплачем.
Пусть нас попрекают
                сладчайшей слезой,
но зайчика жалко и волка с лисой.
Промчались враждебные смерчи,
и нету нигде гуттаперчи.


«Бывало, от жизни до смерти \\ Всего лишь строка на конверте».
Да, бывало, узнавали о родных только после их смерти: приходит такая «похоронка» – и других вестей о человеке нет.

«Родня с войны не вернулась, \\В полях Европы осталась».
Да, именно так говорили мне уцелевшие дяди. Большей частью все погибли. Говорили очень неохотно. Да, в моем детстве о войне говорили необычайно мало! Львиную долю того, что я узнал о войне, я узнал за последний год: когда Россия, наконец, решилась отстаивать правду о войне. Почему-то прежде этому не придавалось большого значения.

«Так много литейной стали».
Во всех новостях обязательно говорили, как много выплавлено стали. Далее в стихе будет «Чугун разливался рекою». Да, новости были однообразны: «Выплавили миллионы тонн чугуна и стали…».

«И нравились мне интегралы».
Интеграл - одно из важнейших понятий математического анализа. Интеграл в детстве предстал как очень удобный способ вычислить площадь функции. Например, интеграл от функции один разделить на "x" в квадрате, причем "x" от "минус-бесконечности" до "плюс-бесконечности". Тот факт, что площадь такой фигуры через интеграл вычисляется так легко, меня потрясло.

"Пальтишка".
Зимнее пальто стоило сто рублей. Зарплата медсестры-мамы была 60 рублей. Она работала на полторы ставки и получала 90 рублей. Она работа с девяти утра до девяти вечера, так что я ее видел или рано утром или поздно вечером.

Татьяна Ларина и Евгений Онегин - герои романа в. стихах Пушкина "Евгений Онегин".

«На тихом привычном погосте».
Назвать «погостом» лужское кладбище тех лет было большим комплиментом: в пятидесяти метрах от могил моих близких была городская свалка. Сейчас ее нет.

Эйлер – эпоха в математике 18 века. Его интеграл (от «e» в степени «x» в квадрате) – любимый образ всей моей жизни. Его решал уже в старших классах.

Эйнштейн – физик. Создатель революционной «Теории относительности». Кумир всей моей жизни. Огромную роль в моей жизни сыграла его биография, написанная Кузнецовым. Сразило в детстве, что именно Эйнштейн нашел важнейшую формулу двадцатого века: энергия равна массе тела, умноженная на скорость света в квадрате. Отсюда и расщепление атома, приведшее к созданию атомной бомбы.

«А книги всегда были дома».
Да, меня очень мучило одиночество, но меня утешали книги. Увы, только они. Книги были большим дефицитом, но у мамы была библиотека: она получала русскую классику за активное участие в художественной самодеятельности (она работала медсестрой в военном госпитале). Родители мало со мной говорили, мало мной занимались. Я их не виню, но это так.

Электрон - стабильная отрицательно заряженная элементарная частица. Понятно, что электроны - в атоме. Одна мысль, что есть соответствующие электронные микроскопы, сразила в пятнадцать лет.

Квант - неделимая часть какой-либо величины в физике; общее название определённых порций энергии.

«Но шлялись по городу франты \\ И дам дорогих уводили».
«Но» - вопреки скучной официальной лжи. Следов проституции было много. Была цена на «целку»: 300 рублей. Девушка попроще - несколько рублей. Б-дь, приехавшая из Питера для ГДРовского офицера – десятка (ГДР - Германская Демократическая Республика. Существовала до объединения Германии в 1990-ом году). Такой офицер совсем не был редкостью в Луге: Луга была международным артиллерийским испытательным полигоном стран Варшавского договора. Как сейчас, не знаю.
«И ночью, так страшно ночью».
Мне часто было одиноко и страшно.
«Месяц, футбольный мячик».
Много играли в футбол.
Июнь 2020 года


Выпуски 1954-67 г.г.
Выпуски 1968-69 г.г.
Выпуск 1970г.   ↑Наверх↑
Выпуски 1971-79 г.г.
Выпуски 1980 г. и далее
Фото прошлых лет

P.S. Редакция сайта благодарит сотрудников лужского архива за оказанную помощь.